Идентичность и аутентичность. Часть 1

14 Января 2012

В качестве одного из оснований методологии «становление воителя» используется система К.С. Станиславского. Прежде чем приступить к анализу метода Станиславского, необходимо понять, почему же он, собственно, применяется. Эта статья частично дает ответ на данный вопрос.

Сущность идентификации и идентичности

Существуют многие и разные определения идентификации и идентичности. Так, в таком общезначимом издании, как «Психологический словарь» [Психологический словарь, 1999] , предполагаются разные значения идентификации. В том числе:

1) в психологии познавательных процессов – это узнавание, установление тождественности какого-либо объекта;

2) в психоанализе – процесс, в результате которого индивид благодаря эмоциональным связям ведет себя (или воображает себя ведущим) так, как если бы он сам был тем человеком, с которым данная связь существует;

3) в социальной психологии – отождествление индивидом себя с другим человеком, непосредственное переживание субъектом той или иной степени своей тождественности с объектом;

4) уподобление (как правило, неосознанное) себя значимому другому (например, родителю) как образцу поведения на основании эмоциональной связи с ним.
5) отождествление себя с персонажем художественного произведения, благодаря которому происходит проникновение в смысловое содержание произведения, его эстетическое переживание.

6) механизм психологической защиты, заключающийся в бессознательном уподоблении объекту, вызывающему страх или тревогу.

7) проекция, приписывание другому человеку своих черт, мотивов, мыслей и чувств.

8) идентификация групповая – отождествление себя с какой-либо (большой или малой) социальной группой или общностью, принятие её целей и ценностей, осознание себя членом этой группы или общности.

9) в инженерной и юридической психологии – распознавание, опознание каких-либо объектов (в том числе людей), отнесение их к определенному классу либо узнавание на основании известных признаков

Посредством механизма идентификации с раннего детства у ребенка начинают формироваться многие черты личности и поведенческие стереотипы, полоролевая идентичность и ценностные ориентации.

Проблема самоидентификации личности традиционно занимала умы ведущих представителей целого ряда психологических школ. Самоидентификация тесно связана с мироощущением личности, с поведением в социуме и, соответственно, с проблемами личностного развития и взаимоотношений. С другой стороны, самоидентификация тесно связана с социальными стереотипами, – это своего рода мост между личностной и социальной психологией, между индивидуальным и социальным.

Идентификация – уподобление, отождествление с кем-либо, чем-либо (Психологический словарь).

Под самоидентификацией мы будем понимать именно отождествление себя с определенной социальной группой, образом, архетипом и т. д. Например, я – инженер; я – отец; я – мужчина и т.д.

Самоидентификация тесно связана с моралью. Одной из наиболее значимых мотиваций выполнения моральных норм или соблюдения взятых на себя обязательств является именно сохранение своего идентификационного статуса. Слово офицера, слово дворянина, честное купеческое. «Так себя порядочные женщины не ведут», «ты мужчина или кто?» – примеры таких ситуаций. Если я не выполню этого, значит, я не настоящий офицер (дворянин, купец, женщина, мужик...), другие не будут относиться ко мне как к настоящему офицеру (купцу, женщине...), и сам я не буду чувствовать себя достаточно уверенно в этом качестве.

Любое прямое утверждение, непосредственно определяющее самоиндентификацию, называют позитивной идентификацией. Например: «я – инженер»; «я – русский».

Любое прямое отрицание такой идентификации - негативной идентификацией. Например: «я – не рабочий»; «я – не русский»; «я – не девушка»; «я вам не мальчи»”.

Утверждение, которое декларируется как прямое, но так, что при этом подразумевается негативное, называют инверсной идентификацией: «я – инженер» (может быть техник или ученый или начальник, не так важно, главное, что не рабочий или человек физического труда); «я – русский» (может быть, немного татарин, но точно не еврей или не кавказец) и т.д.

Идентичность (англ. Identity) – свойство психики человека в концентрированном виде выражать для него то, как он представляет себе свою принадлежность к различным социальным, национальным, профессиональным, языковым, политическим, религиозным, расовым и другим группам или иным общностям, или отождествление себя с тем или иным человеком как воплощением присущих этим группам или общностям свойств. Понимание человеком себя «как такового», как личности предполагает установление им как своего отличия от других людей, так и своего сходства с ними в соответствии с признаками, характеризующими его идентичность, что, в свою очередь, является совершенно необходимым условием для того, чтобы он оставался «самим собой» в изменяющемся мире. Идентичность является результатом понимания человеком себя «как такового», устанавливаемого через выделения им для себя «значимых других». Каждый человек формирует свою идентичность как самоидентичность, или самотождественность. Иначе говоря, если процесс установления человеком своей идентичности протекает как бы «сам собой», то при этом, тем не менее, в его психическую деятельность вовлекается и его сознательное отношение к происходящему с ним, что требует от него самостоятельных усилий при формировании им своего «Я» на этой основе.

Можно представить себе положение, когда формирование идентичности как самоидентичности протекает в настолько стабильных условиях, что происходит сравнительно мирно и безболезненно. В действительности окружающий мир выступает перед каждым человеком в виде набора конфликтующих возможностей установления им своей идентичности, заставляющих его самоопределяться по отношению к ним, выбирая ту или иную как для него реальную и наиболее желательную и, тем самым, сознательно отказываясь от прочих. Имея это в виду, проблему идентичности можно понимать как решение каждым человеком проблемы выбора в процессе установления им своей принадлежности к той или иной группе или иной человеческой общности как «значимым другим» (в том числе отождествляя себя в этой связи с другим человеком как адекватным представителем «значимых других»), что ставит исследователя перед задачей выявления таких «значимым других» и установление их роли в процессе образования человеком своей идентичности.

Базовым для формирования человеком своей идентичности является определение им своего отношения к «чужим» и, соответственно, к «своим».

Уже в описании Э. Эриксона заложена идея так называемой психосоциальной сущности идентичности. Эриксон определяет идентичность как сложноорганизованный, многоуровневый, устойчивый и одновременно подвижный феномен, развивающийся вместе с человеком, но устойчиво выделяющий его как явление особое, смысл которого заложен в интегративных свойствах идентичности. Так, выделяя особый уровень и форму осуществления идентичности интеграции Я, Эриксон подчеркивает, что такой уровень характеризует «осознанный личностью опыт собственной способности интегрировать все идентификации с влечениями libido, с умственными способностями, приобретенными в деятельности, и с благоприятными возможностями, предлагаемыми социальными ролями».

Идея Эриксона заключается в наличии идентификации персональной и социальной, которые по его представлению являются единым процессом психосоциального движения и осуществления человека в его жизнедеятельности.

Среди параметров описания идентичности – индивидуальность, тождественность, единство, целостность, солидарность, отдельность, переживание, переживание, устойчивость, ценность и т.д. Одна из наиболее значимых особых ролей идентификации (понимаемой как процесс отождествления, примирения, соотнесения себя с объектом, образом, поведением и т.д.) и идентичности (как способности и способа постоянного интегрирования себя в себе на основе самоопределения, самосознания, определения в контексте всего другого, выражения себя в «Я-концепции» и создания особого устойчивого поля тяготения, притягивающего или отвергающего оцениваемое в процессе развертывания своей деятельности поле тяготения, центром которого остается уникальное Я) – в собственно субъектном осуществлении индивида и в его развитии как условии и результате развития общества, становления и осуществления социального движения в целом.

Идентификация – это феномен, лежащий в основаниях «выделывания», становления человека уже в процессе антропогенеза и становления самого общества.

Смысл идентификации – обнаружение себя в социальном мире во всей сложности его структурно-содержательной организации. А вот формы, уровни, содержательные варианты идентификации в историческом развитии были различными. Но в любых случаях главным и обязательным моментом была субъективная представленность индивида в этом процессе.

Включаясь в деятельность определенного коллектива, человек при всех его индивидуальных особенностях присваивает нормы соответствующего поведения, цели, ценности, принципы и формы отношений, свойственные определенной группе, коллективу, обществу, бессознательно или сознательно структурируя соответствующие формы своих отношений, как субъект социального действия.

Человек может отождествлять себя с определенными другими, принимая ценности другого и формируя себя соответствующим образом или создавая свой собственный образ, которому пытается следовать. Идентифицируясь, индивид приобретает соответствующие субъектные и личностные характеристики, соотносимые им с качествами других, контакты с которыми являются предпочтительными для него по разным причинам, по разным мотивам. Смысл идентификации – обнаружить себя в обществе в самом широком понимании, в разных структурах его, ввести себя в качестве субъективно-значимого в соответствующий коллектив, в рамках которого он и приобретает свою субъективность, выполняя целезадаваемую деятельность как индивид.

Идентификация имеет свою структуру, содержание, степень выраженности.

Процесс идентификации имеет постоянно воспроизводимый (в большей или меньшей степени выраженный) результат – особое качество человека – идентичность, выраженную в разной степени и на разном уровне представленную – от идентичности с телом до личностной идентичности, определяемой совокупностью присвоенных качеств, норм, ценностей, интегрируемых индивидом своим Я.

Идентичность в эриксоновском смысле – это идентичность индивидуальная. Даже когда применительно к индивиду ведут речь о социальной идентичности, имеют в виду особое изменение индивида, которое в (социальной и индивидуальной) психологии и социологии с незапамятных времен обозначают как «социальное Я (social me)».

Выступая социальным феноменом по своей сущности, идентичность имеет индивидуальную природу своего осуществления, индивидуальное содержание, но выражает индивидную форму присвоения индивидом социальной сущности.

Способность человека к идентификации и проявление идентичности представляется чрезвычайно значимым фактором движения общества и развития человека. Идентификация индивидов со своей группой обеспечивала саму возможность формирования коллектива. Развитие индивидов и постоянное движение в идентичности, и способность к идентификации в их постоянном взаимодействии обеспечивает развитие общества.

В логике идентичность – это вывод об отсутствии различий: одинаковость, неотличимость, полное совпадение черт сравниваемых объектов, процессов, явлений окружающего мира. В психологии идентичность – переживание индивидом своего единства с кем-либо или своей приверженности к чему-либо». Единство с кем? С другим индивидом или их группой. Приверженности к чему? К идее, принципу, «делу».

К примеру, предприниматель заявляет: «Я и мое дело – единое цело». Порою это действительно настолько единое целое, что индивидуумы отдают за него и жизнь.

Идентичность – типичное явление человеческого бытия, вовсе не случайное и редкое. Следовательно, оно выражает некую потребность. Что за потребность? Чтобы разобраться в этом, сначала уточним, что идентичность дает индивиду. А дает она многое: все то, чем располагает та группа индивидов, с которой данный индивид себя идентифицирует, единство с которой он переживает. Идентичность позволяет индивиду присваивать себе часть тех достоинств и преимуществ, которыми располагает объект его идентификации: силу, богатство, деловые и политические возможности. Следовательно, идентичность может становиться потребным результатом потребности в более эффективном и надежном осуществлении индивидом своей жизнедеятельности. И он порою решает: к кому примкнуть? Так что в семантическое поле понятия «идентичность» входит и понятие выбора. Конечно, иногда индивид идентифицирует себя с некоей группой и неосознанно, интуитивно, но всегда имея для этого основания, некую для себя пользу, выгоду, пусть даже только моральную. Именно так формируются политические течения: лидер с «идеей» и множество индивидов, которые идентифицируют себя как с ним персонально, так и с выдвигаемыми им предложениями и планами.

Идентичность выгодна индивиду, т.к. этим путем он получает возможность хотя бы мысленно присваивать себе часть достоинств и преимуществ, которыми располагает объект его идентификации.

Идентичность – это отношение, наполненное положительными эмоциями, в первую очередь радостью и уверенностью индивида в своем положении, т.к. благодаря идентичности оно представляется более прочным и надежным. Это действительно так, поскольку отношения – это связь, наполненная оценкой. В случае идентичности связь эта достаточно прочная, а оценка – положительные. С отрицательно им оцениваемым индивид никогда не станет себя идентифицировать – ему сначала придется сменить отрицательную оценку на положительную. Идентичность – это переживание индивидом незначимости своих различий с кем-либо или чем-либо, или же переживание им своих различий как положительных: взаимодополняющих, способствующих «общему делу».

Идентичность способствует формированию сплоченных групп или сообществ индивидов, независимо от направленности их действий. К примеру, идентичностью индивид может обладать и с группой террористов, и с антитеррористической группой. При этом идентичность становится основанием для проявлений товарищества, сотрудничества, взаимопомощи. Следовательно, сама по себе идентичность – нравственно-нейтральное явление. Ее содержание определяется чертами объекта идентификации.

Конечно, идентичность на положительном правовом основании представляется более прочной, но в жизни достаточно примеров и негативной по своим последованиям и при этом достаточно эффективной идентичности. Характер воспитания, которое индивид получает с детства, определяет особенности выбора им объектов идентификации. Незрелой формой идентичности является идентичность участников подростковых компаний, которые формируются по разным причинам: сходству увлечений, сходству возрастных реакций, сходству в противопоставленности «взрослому миру»…Полная идентичность подростка с компанией заставляет его вести себя «как все»: подчиняясь требованиям, «курить как все», проводить время сходным образом, разряжать свою энергию делинквентными действиями. Поэтому идентичность может быть по своим последовательностям как благоприятной, так и неблагоприятной для индивида и для сообщества.

В чем заключается действенность идентичности в плане преодоления возможного негативного влияния различий? Здесь полезно сравнить её в жизнедеятельностью. Жизнедеятельность мы проявляем к тому, что нас так или иначе не устраивает, а то, что нас устраивает, мы принимаем (в плане душевного согласия). Следовательно, жизнедеятельность предполагает усилие над собой: с чем-то мы не согласны, но терпим, не проявляем негативизма. Проявляем мы жизнедеятельность всегда ради чего-либо другого, потому что самой по себе жизнедеятельности не бывает.

К примеру, подчиненный, держась за свое место, вынужден проявлять жизнедеятельность к выходкам своего начальника, которые, как всем понятно, приятными быть не могут. Если бы индивид не был заинтересован в сохранении своего рабочего места, он бы ушел с этой работы. Но он проявляет терпение и сохраняет вежливость.

Итак, идентичность – значительно более органичное основание для проявлений миролюбия и сотрудничества, чем жизнедеятельность. Идентичность – фактор отсутствия оснований для проявления недовольства или враждебности. В отличие от идентичности, жизнедеятельность связана с осознанным усилие м индивида преодолевать свое неприятие объекта жизнедеятельность, вести себя вопреки своему истинному отношению к нему.

Идентичность как явление сильнее жизнедеятельности, поскольку последней мы добиваемся, следим за её наличием или отсутствием, контролируем ход жизненного воспитания, тогда как идентичность возникает самостоятельно, путем психологической проекции индивидом себя на того или на то, что он воспринимает как фактор удовлетворения его потребностей.

Диффузия идентичности (лат. Diffusio – распространение, растекание) – статус Эго-идентичности, при котором молодой человек или девушка могут переживать или не переживать кризис идентичности, связанный с выбором карьеры или идеологических убеждений, но, тем не менее, он или она не делает определенного выбора или еще очень далек от того, чтобы сделать карьеру.

Достижение идентичности (лат. Identity achievement) – статус Эго-идентичности, характеризуется переживанием кризиса, связанного с выбором карьеры и идеологических убеждений, в результате чего человек делает твердый выбор того или другого.

Идентификация рассматривается также как важнейший механизм социализации, проявляющийся в принятии индивидом социальной роли при вхождении в группу, в осознании им групповой принадлежности, формировании социальных установок и т.д. Современное понимание идентификации охватывает несколько пересекающихся областей психической реальности:

1. Преимущественное понимание – как процесс и результат самоотождествления с другим человеком, группой, образом или символом на основании установившейся эмоциональной связи, также включение их в свой внутренний мир и принятие как самостоятельных норм, ценностей и образов. Уподобление, отождествление с кем-либо или чем-либо, открытое подражание как следование образцу особенно ярко выступает в дошкольном возрасте.

Интроекция (лат. Intro – внутри, jacio – бросаю, кладу) – полное включение индивидом в свой внутренний мир воспринимаемых им образов, взглядов, мотивов и установок других людей, когда он вовсе не различает собственные и несобственные представления. По З.Фрейду, интроекция – одна из основ идентификации, психологический механизм, играющий значительную роль в формировании сверх-Я.

2. Опознание чего или кого-либо. В этом значении термин используется в общей психологии, инженерной или юридической, где понимается как процесс сопоставления, сличения одного объекта с другим на основании какого-либо признака или свойства, в результате чего устанавливается их сходство или различие. В результате идентификации происходит распознавание образов, образование обобщений и их классификация, анализ знаковых систем и т.п. Когда объектом идентификации является человек, она выступает как процесс опознания того качества, на основании которого можно: 1) отнести личность к некоторому классу или типу (например, идентификация преступника); 2) признать личность целостной и идентичной самой себе.

3. Представление, видение субъектом другого человека как продолжение самого себя, наделение его своими чертами, чувствами, желаниями (например, родители, ожидающие от ребенка собственных честолюбивых замыслов).

4. Понимание и интерпретация другого человека путем отождествления себя с ним. Здесь идентификация есть эмоционально-когнитивный процесс неосознаваемого отождествления индивидом себя с другим субъектом, группой, образцом; механизм постановки себя на место другого, что проявляется в виде погружения, перенесения индивидом себя в поле, пространство, обстоятельства другого индивида и приводит к усвоению его личностных смыслов. Это позволяет моделировать смысловое поле партнера по общению, обеспечивает взаимопонимание и вызывает содействующее поведение.

Также, идентификация – это защита от объекта, вызывающего страх, путем уподобления ему. Благодаря ей также достигается символическое обладание желаемым, но недосягаемым объектом. При расширительном толковании – неосознаваемое следование образцам и идеалам, позволяющее преодолеть собственную слабость и чувство неполноценности.

Идентификация может происходить с любым объектом – человеком, животным, предметом, идеей и т.п. Механизм идентификации обеспечивает взаимную связь индивидов в социальной группе, создает аффективную общность как особое вживание, «вчувствование», приобретая в некоторых случаях свойство «психологической инфекции», столь характерной для толпы.

В психоанализе идентификация понимается как бессознательное отождествление, уподобление себя другой личности, вследствие чего появляется подражание в поведении и др. Это понятие вначале было введено З.Фрейдом для интерпретации явлений патологической депрессии, а позднее – для анализа сновидений и некоторых процессов, посредством которых маленький ребенок усваивает образцы поведения других значимых для него людей, формирует «сверх-Я» или принимает женскую или мужскую роль и пр.

Первые положения Фрейда, касающиеся «Эго» и его отношения к обществу, естественно, определялись общим состоянием психоанализа того времени и формулировками, предлагаемыми тогда социологией. В центре внимания было «Ид» – инстинктивная сила, движущая человеком изнутри. В первых рассуждениях о психологии групп Фрейд ссылался на наблюдения французского социолога Лебона над поведением масс. Это наложило отпечаток на последующие рассуждения психоаналитиков о «массах», поскольку «массы» у Лебона – это общество разочарованных людей, беспомощная толпа в период анархии, охватившей общество в промежутке между двумя этапами консолидации, толпа, следующая за вождем.

Понятие «Эго» сначала было описано через определение этих двух противоположностей: биологического «Ид» и общественных «масс». «Эго», индивидуальный центр типизованного опыта и разумного планирования, подвергается опасности и со стороны хаоса первобытных инстинктов, и со стороны необузданной толпы.

Для охраны непорочной нравственности загнанного индивида Фрейд поставил внутри «Эго» «Супер-эго» – интериоризацию всех запретов, которым должно подчиняться «Эго». Они навязываются в детстве посредством критического влияния сначала родителей, а позднее – профессиональных воспитателей и неопределенного множества людей, которые и составляют «окружение» и «общественное мнение».

В обстановке всеобщего неодобрения изначальная любовь ребенка к себе оказывается под угрозой. Он начинает искать модели, по которым может себя оценивать и которым может подражать, желая стать счастливым. Если ему это удается, он приобретает самоуважение, не слишком адекватный заменитель первоначального нарциссизма и ощущения всесилия.

В распоряжении ребенка множество возможностей идентифицировать себя более или менее экспериментальным путем с реальными или воображаемыми людьми обоего пола, с различными привычками, свойствами, идеями, профессиями.

Иногда кризисный момент заставляет его сделать решительный выбор. Но каждый данный исторический период предлагает ограниченный набор социально значимых моделей, которые могут успешно сочетаться в процессе идентификации. Их приемлемость зависит от того, насколько они удовлетворяют одновременно потребностям созревающего организма, способу синтеза «Эго» и требованиям данной культуры.

Идентичность – противоположность нарциссизму, она играет огромную роль в поведении и психологической жизни. Психологический смысл её – в расширении круга переживаний, в обогащении внутреннего опыта, она известна как самое раннее проявление эмоциональной привязанности к другому человеку.

Феномен идентичности возникает в рамках глобальной проблематики существования самого рода человеческого. Современный человек изменяет окружающий мир быстрее, чем себя, свое сознание, а потому не успевает вписываться в этот мир и становится «целиком и полностью проблематичным».

Само человеческое существование, условия выживания, достижения благополучия связаны с пребыванием в согласии с природой человека. Отсюда вытекает закономерный вопрос о преодолении нашей отдельности в современном мире. Э. Фромм вопрошает: «Как нам приобрести союз с самим собою, с нашими собратьями-людьми, с природой?»

Проблема идентичности возникает как плане реализации жизненной идеологии человека, так и в плане становления профессионализма психолога-практика и профессиональной подготовки специалиста.

Идентичность – интегративный феномен, сложная психологическая реальность, включающая различные уровни сознания, индивидуальные и коллективные, онтогенетические и социогенетические, этнические и полоролевые отношения. Современные исследователи подчеркивают, что понятие идентичности как защиты личного, соответствие образа «Я» его жизненному воплощению, состояние принадлежности индивида к некоторому надындивидуальному опыту, охватывающему и субъективное время, и личностную деятельность, и национальную культуру, стало одной из главных тем в общественной мысли XX-го столетия.

Человек становится вполне человеком, когда осознает свою идентичность. Идентичность есть психологический компонент самосознания, формирующийся и существующий в мире человека. Мы знаем, кто мы, осознаем свою идентичность в мире людей, профессий, наций и пр.

Виды идентификации и идентичности

Разные авторы выделяют различные виды идентификации и идентичности, хотя по сути своей эти определения достаточно близки. Рассмотрим некоторые из них.

Идентификация коллективистская – возникающая в совместной деятельности форма гуманных отношений, при которой переживания одного из группы предложены другим ее членам как мотивы поведения, организующие их совместную деятельность, на следующую одновременно на осуществление групповой цели и на устранение фрустрирующих воздействий. Означает единство мотивации, формирование взаимоотношений на основе нравственных принципов. Наиболее полно выражается в сочувствии и соучастии, каждый член группы эмоционально и деятельно откликается на удачи и неудачи каждого. Действие идентификации коллективистской в группе выражается, во-первых, в признании за другим, как и за собой, равных прав и обязанностей; во-вторых, в оказании содействия и поддержки; в-третьих, в требовательном отношении к себе, равно как и к товарищам.

Психологическая основа идентификации коллективистской – складывающаяся в совместной деятельности готовность субъекта чувствовать, переживать и действовать в отношении другого так, как если бы им был он сам. Феномен идентификации коллективистской преобладает в коллективе как в группе высокого уровня развития и не сводится к индивидуальным предпочтениям членов группы. Проявления идентификации коллективистской, опосредованные ценностями совместной деятельности и гуманными смысловыми установками, становятся устойчивой характеристикой каждого члена коллектива, перестают зависеть от личных симпатий и внешних факторов.

Идентификация коллективистская в онтогенезе возникает на рубеже возраста дошкольного и школьного младшего в ходе сотрудничества детей, требующего эмоционально насыщенного общения. В детской группе она выступает в форме как действенного сострадания неудачам, так и активного сопереживания успехам. Содержательная совместная деятельность и нравственно-эмоциональное общение детей – основа формирования проявления идентификации коллективистской в детской группе.

Идентификация нарциссическая – процесс самопроецирования на «Я» утраченного сексуального объекта, когда отведенное либидо ориентировано на «Я», но при этом человек обходится со своим «Я» как с оставленным объектом и направляет на «Я» амбивалентные импульсы, включающие, в числе прочих, агрессивные компоненты.

Идентичность половая – единство самосознания и поведения индивида, причисляющего себя к конкретному полу и ориентирующегося на требования соответствующей половой роли.

Первичная половая идентичность формируется у ребенка к полутора годам, а к 3-4 годам половая принадлежность ассоциируется с окружающими соматическими и поведенческими свойствами. В роли гностического аппарата здесь выступает схема тела. На физиологическом базисе схемы тела создается личностная надстройка, с помощью которой образуются психологические и эстетические образы тела, несущие оценочную функцию. На высшем, социально-психологическом уровне развития схемы тела формируются образы, связанные с такими представлениями, как поло-ролевые функции, мораль.

З. Фрейд как автор, впервые выделивший феномен идентификации, выделил несколько ее типов.

В младенчестве возникает идентификация первичная – примитивная форма эмоциональной привязанности ребенка к матери. Впоследствии эта «тотальная захваченность объектом» уступает место идентификации вторичной, играющей роль защитного механизма, благодаря которому ребенок справляется с беспокойством, вызванным угрожающим авторитетом, путем включения некоторых аспектов его поведения в собственные действия.

Эта форма идентификации – предыстория Эдипова комплекса, когда малыш во всем хочет занять место отца, и, боясь с его стороны наказания, копирует некоторые особенности его поведения. Эта парциальная идентификация амбивалентна и может проявляться в отношении как любимого лица, так и лиц ненавистных или вызывающих зависть. Особое значение этот тип идентификации приобретает при освоении ребенком запретов родителей, при формировании у него устойчивости к искушениям, при развитии совести. Идентификация помогает ребенку справиться с Эдиповым комплексом. Это происходит к 5-6 годам: ребенок как бы решает проблему, идентифицируясь с родителем своего пола. Иными словами, не будучи в состоянии изменить ситуацию, вызвавшую зарождение Эдипова комплекса, и реализовать нелюбовь к отцу, мальчик старается принять его позицию и стать похожим на него.

Применительно к взрослому субъекту идентификацию связывают с невротическим симптомом, при котором у субъекта – из-за желания оказаться в положении объекта – возникают болезненные явления, характерные для последнего.

Гендерная идентичность – один из п компонентов человеческой сексуальности, определяемый как самоидентификация индивида с тем или иным гендером, как внутреннее самоощущение в качестве мужчины, женщины или кого-то промежуточного (бигендерное или кроссгендерное самоощущение).

Гендерная идентичность не обязательно совпадает с биологическим полом, с социальным полом (полом по документам) или с полом воспитания.

Традиционная точка зрения заключается в том, что гендерная идентичность имеет биологический характер, заложена в каждом человеке с рождения и не является предметом выбора, не подлежит воспитанию. Ряд авторов, преимущественно из западных стран и придерживающихся феминистских взглядов, считают, что гендерная идентичность формируется под воздействием социальных факторов, воспитания и среды. По их мнению, единственными существенными врожденными, биологическими различиями между мужчинами и женщинами, имеющими социальное значение, оказывающими влияние на поведение и ощущение себя человеком определенного пола, являются способность женщин к рождению детей, и, как правило, более высокие показатели физической силы мужчин, чем женщин. С их точки зрения, гендерные различия по мере достижения равноправия женщин и мужчин должны постепенно исчезать, а гендерная идентичность уступать место идентификации себя, прежде всего, как человека.

Однако, по мнению противников данной теории (относящейся к теории социального научения), данные нейроэндокринологии и опыта проведения хирургических операций по конверсии (изменению) пола у младенцев, демонстрируют существование врожденных детерминант психического пола у человека, что с их точки зрения свидетельствует о несостоятельности этой теории.

Общепринятый подход к анализу процесса формирования идентичности мальчиков и девочек – теория полоролевой социализации, которая в последние годы подлежит резкой критике (Conell R. W., Stacey J and B. Thorne). Кэхилл (Cahill S. E.) анализирует опыт дошкольников, используя социальную модель рекрутирования в нормальные гендерные идентичности. Первоначально категоризация осуществляется, выделяя, с одной стороны, ребенка (ему нужен контроль взрослых), с другой стороны – более компетентных мальчиков и девочек. В результате выбор гендерной идентичности осуществляется в пользу предопределенной анатомически половой идентичности.

С точки зрения Л. Колберга, формирование гендерного стереотипа в дошкольные годы зависит от общего интеллектуального развития ребенка, и этот процесс не является пассивным, возникающим под влиянием социально подкрепляемых упражнений, а связан с проявлением самокатегоризации. Дошкольник усваивает представление о том, что значит быть мужчиной или женщиной, затем определяет себя в качестве мальчика или девочки, после чего старается согласовать поведение с представлениями о своей гендерной идентичности (Кон И.С.). Теория социального научения, рассматривая механизмы формирования гендерной идентичности, модифицировала основной принцип бихевиоризма – принцип обусловливания. Поскольку взрослые поощряют мальчиков за маскулинное и осуждают за феминное поведение, а с девочками поступают наоборот, ребенок сначала учится различать полодиморфические образцы поведения, затем – выполнять соответствующие правила и, наконец, интегрирует этот опыт в своем образе Я (Коломенский Я.Л., Мелтсас М.Х.). Исследования, посвященные Я-концепции и гендерной идентичности взрослых, показывают, что гендерная идентичность – незаконченный результат. В течение жизни она наполняется различным содержанием в зависимости от социальных и культурных изменений, а также от собственной активности личности.

До последнего времени в работах отечественных исследователей, посвященных изучению гендерной идентичности, использовались термины психологический пол, полоролевая идентичность, полоролевые стереотипы, полоролевые отношения (Агеев В.С.; Кон И.С.; Репина Т.А.; Коломинский Я.Л., Мелтсас М.Х. и др.). Однако даже близкие, на первый взгляд, понятия (как, например, гендерная идентичность и полоролевая идентичность) не являются синонимами.

Гендерная идентичность является более широким понятием, чем полоролевая идентичность, поскольку гендер включает в себя не только ролевой аспект, но и, например, образ человека в целом (от прически до особенностей туалета). Также понятие гендерная идентичность несинонимично понятию сексуальная идентичность (гендер – понятие не столько биологическое, сколько культурное, социальное).

Сексуальная идентичность может быть описана с точки зрения особенностей самовосприятия и самопредставления человека в контексте его сексуального поведения в структуре гендерной идентичности.

Чекалина А.А. понимает под понятием «идентификация» понятие «психологический пол» [Чекалина А.А., 2002]. Психологический пол является одной из важнейших характеристик человека, показателем его психического здоровья, условием единства личностных проявлений. Дополняющий биологические характеристики феномен «психологический пол» оказывает значительное влияние на формирование самоопределения мальчика или девочки, мужчины или женщины в личностном и социально-психологическом смысле, на структурирование их Я. Определяя тенденции межличностного общения, и в особенности межполовых взаимоотношений, психологический пол предопределяет жизненный путь человека.

В этом феномене как в одном из составляющих системы личности правомерно выделяют когнитивный, эмоциональный, поведенческий компоненты. Психологический пол – определенная половая идентичность личности, которая достигается в процессе половой идентификации (отождествления себя с представителями своего пола). Необходимая составляющая половой идентичности – половое самосознание (осознание своего пола в отличие от противоположного). Одной из основных характеристик психологического пола является усвоение половой роли (способа поведения людей в зависимости от их позиции в половой дифференциации).

Психологический пол представляет собой реальное овладение ребенком мужской или женской ролью, достижение определенного уровня полового самосознания и половой идентификации.

Весь процесс формирования пола можно условно разделить на два этапа. Во время первого периода – от возникновения хромосомного пола до гонадного – действуют генетически жестко закрепленные механизмы, приводящие к последовательной, необратимой смене одних этапов дифференцировки пола другими. Второй период охватывает события с момента рождения ребенка до формирования его половой идентичности. По мнению ученых (И.С. Кон, Д.Н. Исаев, В.Е. Каган, А.И. Захаров и др.) это происходит к концу дошкольного детства. К этому возрасту ребенок накапливает достаточно знаний о половых различиях: о строении гениталий у представителей своего и противоположного пола, механизме деторождения и т.д. У ребенка накапливается сознание значимости своих индивидуальных качеств и социального положения, в том числе как у представителя определенного пола. Большинство детей окончательно осознают «необратимость» своей половой принадлежности. В этот возрастной период происходит интенсивная ориентировка в социальных нормах; усиливается половая дифференциация совместной деятельности детей и их установок, интересов, стиля поведения, выбора игр и соответствующих партнеров в них, в социометрической структуре группы детского сада, во взаимных оценках детей и т.д.

Результаты различных исследований подтверждают сформированность половой идентичности у большинства детей к младшему школьному возрасту, причем успешность этого процесса зависит от компетентности и престижности родителя того же пола и сопряжена с эмоциональными отношениями с родителями другого пола, а также связана с общим формированием Я-концепции ребенка. Обобщая известные данные по литературе и материалы проводимых нами исследований, можно прийти к выводу, что возраст 6-7 лет является значимым этапом в формировании психологического пола.

Социальная идентичность отражает восприятие, оценивание, классификацию индивидом самого себя в качестве агента, занимающего определенную позицию в социальном пространстве. Социальная идентичность – это переживание и осознание своей принадлежности к тем или иным социальным группам и общностям. Идентификация с определенными социальными общностями превращает человека из биологической особи в социального индивида и личность, позволяет ему оценивать свои социальные связи и принадлежности в терминах «Мы» и «Они».

Идентификация и идентичность социальная – процесс и результат самоотождествления индивида с каким-либо человеком, группой, образцом.

Личностная идентичность трактуется как набор черт (иных индивидуальных характеристик, отличающихся определенным постоянством), по крайней мере, преемственностью во времени и пространстве, позволяющей дифференцировать данного индивида от других людей. Иными словами, под личностной идентичностью понимают набор характеристик, который делает человека подобным самому себе и отличным от других.

Личная идентичность или самоидентичность (Self-identity) – это единство и преемственность жизнедеятельности, целей, мотивов и смысложизненных установок личности, осознающей себя субъектом деятельности. Это не какая-то особая черта или совокупность черт, которыми обладает индивид, а его самость, отрефлексированная в терминах собственной биографии. Она обнаруживается не столько в поведении субъекта и реакциях на него других людей, сколько в его способности поддерживать и продолжать некий нарратив, историю собственного Я, сохраняющего свою цельность, несмотря на изменение отдельных ее компонентов.

Этническая идентичность. Этническая идентичность – это один из наиболее устойчивых исторических видов социальной идентичности, являющийся результатом познавательно-эмоционального процесса самоопределения человека (общности) в социокультурном пространстве и характеризующийся осознанием своей принадлежности к определtнной этнической общности, а также пониманием, оцениванием и переживанием своего членства в ней.

Она формирует: устойчивое чувство «мы»; видение мира и жизни по принципу «мы-они», «свои-чужие»; определённое ценностное отношение человека к себе, другим людям, обществу и миру в целом; тип самоопределения индивида в социальном пространстве; мировоззрение и образ жизни человека.

Основными сущностными признаками этнической идентичности следует признать: владение родным языком; созвучие духовности этноса, наличие определенной направленности мировоззрения, социальных качеств, освоение духовной культуры этноса (научных знаний, верований, норм нравственности, художественных и эстетических достижений и др.); включённость в хозяйственную деятельность народа; общность психического склада; следование национальным традициям, привычкам, обрядам, праздникам; осознание своей связи с культурой народа, готовность действовать в её интересах. Данные свойства находятся в сложной диалектически противоречивой взаимосвязи, их набор, степень проявления и важность тех или иных атрибутов носит конкретно-исторический, социально обусловленный характер.

Критериями этнической идентичности являются: на феноменальном уровне – степень тождественности культуры индивида (общности) культуре этноса, включая тождество по происхождению, по «крови»; на ноуменальном уровне – степень осознанности индивидом (общностью) своей принадлежности к этносу, предполагающей личностную рефлексию, учет адекватности, полноту и масштаб проявления субъектом себя в той или иной социокультурной действительности.

Внешне этническая идентичность проявляется через соотнесение личности (социальной группы) с вышеназванными сущностными признаками.

Человек обладает этнической идентичностью, если он, будучи членом этноса по рождению (общность происхождения), усваивает его материальную и духовную культуру. Должные объём и степень её усвоения устанавливаются главным образом посредством системы ценностей, которые транслируются, прививаются членам этноса с помощью социальных институтов (семья, церковь, школа, армия и т.д.) и детерминированы как природными условиями (трудности выживания в природной среде могут изменять приоритеты в освоении тех или иных элементов этнической культуры, заставить её измениться в интересах выживания), так и социальными факторами, связанными с экономикой, политикой, идеологией и др. Особо сильное воздействие оказывают межэтнические контакты, как мирные, так и враждебные.

Сущностное проявление этнической идентичности (степень осознанности индивидом или общностью своей принадлежности к этносу) возможно при условии обладания не только формальной, внешней идентичностью (тождеством), но и адекватного осознания своей идентичности (соединяя онтологическое и гносеологическое основания идентичности).

Более значимой, чем внешняя идентичность является схожесть по внутренним свойствам, по сути, действиям. Если у человека (общности) идентичность основана не только на внешнем сходстве, но и на глубокой связи с культурой своего народа, то такую идентичность можно считать сущностной, полной, внутренней. Сущностная, внутренняя этническая идентичность человека (общности) предполагает соотнесённость с единой основой (культурой этноса), её осознанное принятие и готовность действовать в её интересах. Таким образом, подлинная этническая идентичность подразумевает диалектическую взаимосвязь явленческого и сущностного, внешнего и внутреннего, не только одинаковое происхождение, внешнее сходство, но ещё и внутреннее соответствие, сущностную тождественность.

Содержание этнической идентичности как сложного многоуровневого образования включает в себя онтологическую (бытийность этнической идентичности как таковой), гносеологическую (отражение в самосознании и мировоззрении личности или общности феномена этнической идентичности во всём многообразии его связей и проявлении), эмоционально-ценностную (ценностные основания этнической идентичности, возможные ориентиры для индивида или общности) и субъективно-деятельностную (проявление и функционирование этнической идентичности) компоненты, которые при условии их единства и тесной взаимосвязи обеспечивают устойчивость этнической идентичности.

В онтологическом аспекте этническая идентичность представляет собой определенный вид субъективной реальности, объективно данный индивиду в его многообразии проявлений и форм существования. Рождаясь в конкретно-исторической, обусловленной многими социальными факторами этнической среде, индивид волен (сознательно или же неосознанно, свободно или по принуждению) реализовывать разные степени свободы выбора той или иной этнической идентичности. Выступая как некоторый род бытия, она помещает индивида в определенную систему координат, сетку понимания, позволяет реализовать себя в своем отношении к бытию как таковому.

Гносеологическая компонента ответственна за накопление и критическое осмысление опыта и разных других типов знаний и умений. В процесс социализации в рамках своей этнической общности человек усваивает её культуру. Он обретает знания о своей этнической общности, о её истории, территории, общественных отношениях, религии, обычаях, ценностях, образе жизни, нормах, стереотипах поведения и т.д., на основе которых формируется его мировоззрение и система ценностей. Опираясь на полученные знания, человек (общность) может не только различать «своих» и «чужих» и строить своё отношение к ним, но и познавать мир в целом. Этническая идентичность обусловливает познание и оценку мира с позиций этнического сознания. Возникающее у человека мировоззрение построено на этнической картине мира. Оно формирует его приоритеты, нормы и модели поведения в конкретных обстоятельствах, специфику деятельности, в том числе и познавательной. В итоге это находит воплощение в развитии научной мысли, философии, литературе, мифологии, идеологии и т.п.

Эмоционально-ценностная компонента включает в себя чувство принадлежности к этносу, оценку качеств своего народа, переживание своего отношения к членству в этнической группе. Идентификация с этносом – это не просто обретение «набора» этнодифференцирующих признаков. Идентификация – это такая сопричастность явлениям, которая как бы обращается вовнутрь человека, в его духовный мир, становится органической частью этого мира. Идентификация интериоризирует внешние явления, делает внешнее внутренним, и они становятся основой самооценки человека, порождают гамму чувств, от удовлетворенности собственной жизнью до разочарования. Этническая идентичность формирует ценностно-смысловую основу жизни человека и группы. Система ценностей представляет собой не понятийную конструкцию, а совокупность смыслов, создающих фундамент для интерпретации повседневных значений жизненного мира человека.

Субъективно-деятельностная компонента этнической идентичности понимается как механизм проявления себя как члена этнической группы, построение системы отношений и действий в различных этноконтактных ситуациях. Она включает в себя действия, основанные на усвоенных нормах, ценностях, правилах поведения своего народа, соблюдение традиций, обычаев, ритуалов, активное использование языка, продуктов художественного творчества и других компонентов культуры своей этнической группы. Этническая идентичность утверждается только в деятельности индивида, группы, во взаимодействии людей.

Таким образом, этническая идентичность появляется как результат взаимодействия и работы индивидуального и общественного сознания, отождествления личности и общества со своим историческим прошлым, настоящим и будущим. Только единство онтологической, гносеологической, эмоционально-ценностной и субъективно-деятельностной компонент, их тесная взаимосвязь формирует устойчивую этническую идентичность.

Механизм реализации этнической идентичности осуществляется посредством использования сложных механизмов социокультурной идентификации и передачи информации от одного поколения этноса к другому от формы к содержанию, от явления к сущности; на сознательном и неосознаваемом, архетипичном (более глубоком, латентном, прочно усваиваемом на уровне бессознательного) уровнях.

По уровню идентификации со своей (чужой) этнической общностью основными формами этнической идентичности являются:

  • моноэтническая идентичность – отождествление человеком себя с конкретным народом (при этом возможны, как позитивная этническая идентичность со своим народом, так и негативная этническая идентичность или измененная этническая идентичность с чужой этнической общностью);
  • биэтническая идентичность – одновременное причисление человеком себя к двум этническим общностям;
  • маргинальная этническая идентичность – индивид испытывает трудности однозначного определения своей этнической принадлежности к той или иной этнической общности.
  • Различающаяся по степени своего проявления этническая идентичность имеет разные уровни интенсивности: нулевая (слабая) этническая идентичность; гипоидентичность (сниженная этническая идентичность); позитивная (нормальная) этническая идентичность; гиперидентичность (гиперболизированная, т.е. преувеличенная этническая идентичность).

    Если гиперидентичность, равно как и гипоидентичность являются отклонениями от нормальной этнической идентичности и представляют опасность для общества, то позитивная этническая идентичность, обеспечивающая сохранение и трансляцию последующим поколениям культуры этноса, необходима для мирного сосуществования этносов в полиэтнических обществах.

    В современных условиях основные тенденции развития этнической идентичности проявляются на различных уровнях, выделяющихся на основании близости цивилизационных линий развития данных обществ:

    – на макросоциальном уровне (общества Западной Европы и США), с одной стороны происходит размывание, снижение значимости этнической идентичности, приближение к нулевому уровню, а с другой –  наблюдается гипертрофированность этнической идентичности многих народов, что проявляется в преувеличенных формах этноцентризма, этнофанатизма, национализма;

    – на мезосоциальном уровне (независимые государства постсоветского пространства) этническая идентичность титульных народов в подавляющем большинстве гипертрофирована и в ряде случаев принимает крайнюю форму национализма, а у русских, в большом количестве живущих в этих государствах, наблюдается как тенденция к постепенному снижению её значимости и попытки обрести биэтническую идентичность, так и повышение уровня этнической идентичности;

    – на микросоциальном уровне (Россия) наблюдается всё нарастающая тенденция ослабления этнической солидарности русских и тенденция усиления опасных националистических движений, прежде всего, в молодежных кругах.

    В современных условиях этничность еще раз доказала свою устойчивость, однако состояние этнической идентичности большинства народов, вступивших в глобализационные процессы, претерпевает серьезные изменения. Факторами, влияющими на её состояние, становятся: всё нарастающая унификация в экономической, политической, социальной и культурной сферах, вызывающая конфликт нарастающего изоморфизма и стремление сохранить свою уникальность; влияний массовой культуры и средств массовой коммуникации; растущая миграция и связанная с ней миграционная политика.

    На всех проанализированных уровнях существующие тенденции развития этнической идентичности носят крайне противоречивый характер. Во всех принимающих мигрантов этнических сообществах, с одной стороны, наблюдается тенденция размывании и снижения значимости этнической идентичности, связанная с распространением унифицированных стандартов и ценностей, ретранслятором которых является массовая культура. Тотальный универсализм, потребительское сознание приводят к разобщенному (атомизированному) обществу, в котором всё больше увеличивается разрыв между культурными кодами разных поколений и происходит обнуление традиций, что способствует утрате этнической идентичности. А с другой стороны, существует тенденция гиперболизации этнической идентичности, связанная с тем, что из-за массовой миграции и под воздействием тех же СМИ, ангажированных заинтересованными финансово-политическими кругами, общественное мнение настраивается в духе ксенофобии. Этому способствует специфика миграции последнего поколения, приводящая к формированию в принимающих странах сообществ иной культурной и цивилизационной ориентации и к процессам этнозамещения. В результате этого возникает страх перед «разгосударствлением» общества, потерей собственной идентичности и целостности, а так же понижение толерантности, алармистские настроения и ужесточение миграционной политики.

    Выявлено, что в состоянии этнической идентичности мигрантов можно отметить следующие тенденции. Во-первых, наблюдается возрастающая политизация этнической идентичности, превращение этнополитического фактора в одну из ведущих сил, определяющих политическую действительность многих государств мира (чему способствовала политика мультикультурализма в Европе и в США). А во-вторых, происходит маргинализация этнической идентичности значительной части мигрантов, которым не всегда удается отстаивать свою самость и приходится поступаться многими привычными традициями, образом жизни и т.п. Они выпадают из своего этнического сообщества, лишаясь его поддержки в силу своей вынужденной инаковости, но и в сообщество принимающей стороны интегрироваться в полной мере они не могут.

    В современных условиях этническая идентичность выступает мощным катализатором массового поведения и политического действия (особенно в кризисных ситуациях). Ее состояние в современном социуме определяется рядом факторов: все нарастающей унификацией в экономической, политической, социальной и культурной сферах, влиянием массовой культуры и средств массовой коммуникации; массовой миграцией и связанной с ней миграционной политикой.

    Распространение унифицированных стандартов и ценностей, ретранслятором которых является, прежде всего, массовая культура, способствует «атомизации» общества, снижению значимости и даже утрате этнической идентичности. Проблема массовой миграции приводит к трансформации этнической идентичности по шкале гиперболизации. Это связано с тем, что в принимающих мигрантов странах формируются сообщества иной культурной и цивилизационной ориентации, начинаются процессы этнозамещения, которые вызывают у коренного населения страх перед «разгосударствлением» общества, потерей идентичности и целостности, понижают толерантность. А в состоянии этнической идентичности мигрантов наблюдаются, с одной стороны, возрастающая политизация, а с другой, маргинализация этнической идентичности.

    Этническая идентичность в современном социуме подвержена серьезным трансформациям. Для современного этапа характерны гипертрофированные состояния этнической идентичности, как по шкале гиперболизации (этноцентризм, этнодоминирование, этнофанатизм, национализм), так и по шкале уменьшения значимости (этнонегативизм, этноэлиминация, этнонигилизм).

    Политическая идентичность. Политической энциклопедии определяют политическую идентичность как совпадение, тождественность политической позиции. Она предстает как общность ориентаций и установок политического субъекта и совпадение форм и методов достижения политических целей, возникая из особого эмоционального отождествления себя с конкретной политической группой, усвоения политических ролей. Исследователями отмечается, что политическая идентичность – это всегда установка в отношении институтов власти, политических лидеров и актуальных вопросов, так или иначе связанных с политикой.

    Важно устранить значительную семантическую двусмысленность, угрожающую понятию идентичности. Сообразно латинским словам «idem» и «ipse» здесь накладываются друг на друга два разных значения. «Согласно первому из них, «idem», «идентичный» – это синоним «в высшей степени сходного», «аналогичного». «Toт же самый», или «один и тот же», заключает в себе некую форму неизменности во времени. Их противоположностью являются слова «различный», «изменяющийся». Во втором значении, в смысле «ipse», термин «идентичный» связан с понятием «самости» (ipseite), «себя самого». Противоположностью здесь могут служить слова «другой», «иной». Это второе значение заключает в себе лишь определение непрерывности, устойчивости, постоянства во времени, как говорил Кант». Это толкование идентичности, как отмечает Рикер, состоит в том, чтобы исследовать многочисленные возможности установления связей между постоянством и изменением, которые соответствуют идентичности в смысле «самости». Парадокс состоит в том, что мышление имеет дело с понятием идентичности, в котором смешиваются два значения: идентичности с самим собой (самости) и идентичности как того же самого.

    Само по себе понятие «идентичность» является скорее понятием социальной и политической психологии. С точки зрения этого рассмотрения, можно выделить два направления исследования. С одной стороны, политическая идентичность – это часть идентичности личности, или «Я-концепции», один из элементов структуры личности человека. Это толкование встраивается в систему общепсихологического теоретического знания. Например, Эриксон, который один из первых использовал категорию идентичность в психологической науке, по мнению большинства ученых, фактически обозначал данным понятием не столько идентичность, сколько аутентичность, подлинность собственного существования, его истинность, неподдельность, его соответствие внутренней природе. На самом деле, в своих работах «Идентичность: юность и кризис», «Детство и общество» Эриксон рассматривает этапы личностного становления как путь достижения подлинности бытия и искусство его сохранения. Однако, говоря об идентичности в контексте политической культуры, следует разделять понятия идентичность и аутентичность. Если и есть смысл говорить об идентичности, то скорее речь идет об идентичности человека избранным целям.

    С другой стороны, идентичность понимается как результат идентификации человека или группы людей с социальной общностью, и является социологическим понятием. Идентичность есть феномен, возникающий благодаря диалектике индивидуума и общества.

    Остановимся еще на одном подходе к идентичности, который различает два следующих понятия. Формальная идентичность, которая является качеством каждого объекта (включая такие абстрактные объекты, как числа) и предпосылкой последовательности любой теории об этих объектах. И реальная идентичность, которая присуща только эмпирическим объектам и имеет разные формы в зависимости от онтологического статуса конкретного объекта. Под реальной идентичностью мы понимаем сохранение формы объекта во времени. Реальная же идентичность представляет собой результат напряженной борьбы между формами, которые нашли воплощение в материи, и временным измерением. Таким образом, можно заключить, что идентичность не является какой-то данностью, она скорее всегда чем-то обусловлена, задана.

    Рассмотрим, какие разновидности политической идентичности необходимо упомянуть в контексте политической культуры. Это может быть принадлежность определенной партии, движению, акции общественного неповиновения, в конце концов, революционному процессу и т.п. Уже данные примеры показывают, что от той или иной политической идентичности зависит характер и содержание политической культуры. В то же время политические идентичности можно различать, исходя не из политического участия, а сугубо из ценностно-идеологических ориентаций. Следовательно, можно сказать, что политическая идентичность является комплексным феноменом, включающим когнитивные и оценочные моменты, которые позволяют самостоятельно ориентироваться в политическом пространстве. Кроме этого, актуальная социальная и политическая идентичность является одним из механизмов, генерализующим, структурирующим поведение и внутренние схемы, критерии оценки и категоризации; механизмом, тесно связанным с объективными социальными связями и отношениями. Более того, становится доступным прогнозирование поведения, и что не менее важно, когнитивных процессов конкретного индивида, на основе знания его актуальной идентичности.

    Исследование политической культуры невозможно без категории политической идентичности, которая является одним из основных элементов ее анализа, поскольку специфика первой задается содержанием последней.

    Обретение политической идентичности – составная часть социализации личности, которая в свою очередь является одним из механизмов формирования политической культуры. По сути, идентичность – когнитивная структура, в которой причудливо соединены те связи, отношения, оценки, которые структурируют место данного конкретного индивида в социуме, а культура, и политическая культура, в частности служит основой объединения индивидуальной и коллективной идентичностей.

Уровни самоидентификации

Введем модель уровней самоидентификации (СИ). Семь уровней СИ непосредственно связаны со структурой сознания.

Социально-профессиональный уровень определяется утверждениями типа: я – инженер; я – профессор; я – богатый; я – уважаемый гражданин и т.д. При этом под такой идентификацией мы подразумеваем все то, что осознанно или неосознанно вкладывает человек в эту декларацию. Еще раз обратим внимание на то, что часть утверждений, связанных с СИ, может лежать в неосознанной сфере.

Например, я – профессор (это утверждение явно подразумевает, что я преподаю, что я главнее ассистента или простого преподавателя, что я имею определенный статус в своей среде и могу рассчитывать на соответствующее отношение и привилегии. Это может неявно подразумевать, что я рассчитываю на уважение со стороны соседей, родственников и семьи, что я рассчитываю на определенный уровень жизни, достойный профессора, что я рассчитываю на определенные социальные привилегии и т.д.)

Семейно-клановый уровень определяется утверждениями типа: я – мать; я – дочь; я – дядя; я – кунак; я – член семьи (клана, тейпа, племени и т. д.).

Национально-территориальный уровень: я – русский; я – москвич; я – молдаванин и т.д.

Отметим, что в этом уровне СИ обязательно содержится несколько утверждений, вложенных одно в другое словно матрешка. Я живу в деревне Большие Ложки; я – рязанский; я – русский; я – россиянин; я – европеец.

Для жителя соседней деревни важным будет уже первое утверждение (возможно с уточнением – Нижние Ложки или Верхние Ложки), для американца – это в любом случае русский (также как и молдаванин, белорус или чукча), для латиноамериканского индейца или африканца – европеец.

Религиозно-идеологический: я – православный; я - мусульманин; я – коммунист; я – атеист; я – иудей; я – фундаменталист; я – демократ; я – пацифист и т.д.

Этот уровень идентификации определяет отношение к какой-либо религиозной или идеологической группе (например, церкви или партии) и связанной с ней системой ценностей. Идентификация «я – православный» совсем не обязательно подразумевает исполнение десяти заповедей, возможно, это утверждение делает профессиональный рэкетир. Для части людей это будет означать – я иногда посещаю церковь, я крещусь определенным образом, я ношу определенного вида крестик, в моей машине укреплена иконка и т. д. На этом уровне мы очень часто встречаем инверсную идентификацию. Я – православный – я не очень хорошо представляю, что это такое, но я точно не католик, не еврей, не мусульманин и не сектант, и хотя я так же плохо представляю, кто они такие, я их ненавижу.

Эволюционно-видовой. Я – человек. Эта идентификация кажется довольно банальной, однако заглянув немного глубже, мы найдем очень интересные оттенки. Эволюционно-видовая идентификация тесно связана с архетипами и «эволюционной памятью». В первобытных культурах это создает прямые утверждения СИ, связанные с религиозным и семейно-клановыми уровнями: я – орел; я – лев; я – волк и т.д. В западной культуре такие ассоциативные связи редко выходят на поверхность, однако в некоторых ситуациях и состояниях сознания они также играют свою роль.

Отметим, что и сама декларация «я – человек», несет гораздо большую смысловую нагрузку, чем просто принадлежность к биологическому виду. Для разных людей быть Человеком означает не совсем одно и то же. Вспомните: «Баранкин, будь человеком!» А что здесь действительно имеется в виду? Будь... кем именно? И кем сейчас является Баранкин для говорящего? Что означает для вас прилагательное «человечный»? Обзывая человека животным, говорящий как бы подсознательно подвергает сомнению его эволюционно-видовую идентификацию, и хотя, казалось бы, для сомнений нет никаких оснований, обзываемый испытывает обиду и беспокойство.

Обычно при обзывании упоминаются имена разных «нечистых» животных – свинья, шакал паршивый и т.д.

Возможно, распространенные в определенных кругах наименования («козел», «петух») являются именно попыткой нарушить эволюционно-видовой идентификационный слой или декларировать, что такое нарушение уже случилось и носитель клички уже «не совсем человек» (Отметим, что в первобытных сообществах инициированный член клана крокодила тоже считает себя не совсем человеком, а во многом и крокодилом.)

Половой уровень идентификации: я – мужчина; я – женщина.

В этих утверждениях содержится очень много оттенков, от чисто бытовых: Я – женщина, поэтому я готовлю обед, стираю и штопаю, до очень глубоких архетипических уровней Анимы и Анимуса. Попробуйте произнести вслух: «я – мужчина» или «я – женщина» и почувствовать, что при этом отзывается внутри.

Половая идентификация – один из самых глубоких уровней, и его исследование может дать исключительно ценную информацию о бессознательной составляющей личности. Исследованию половой идентификации во многом посвящен психоанализ (особенно работы Фрейда).

Но если Фрейд на этом уровне СИ и останавливается, то мы пойдем еще глубже – к следующему уровню.

Духовный уровень: я – ... Этот уровень едва ли можно определить прямым вербальным утверждением. Самое близкое (хотя и достаточно неуклюжее) высказывание: я чувствую Бога или я нахожусь в определенной связи с Богом.

Этот уровень не может быть определен вербально – это тот комплекс ощущений, мировосприятия и связанной непосредственно с ними системы ценностей, который определяет наши отношения с Богом (вселенским разумом, светом, идеей духовности – вербальные определения не важны). Отметим, что речь идет о системе ценностей, связанной с личным духовным опытом, а не с системой ценностей, предлагаемой церковью, общиной или социальной группой. В ряде случаев обе эти системы ценностей тесно переплетаются, т.е. именно данная религиозная или иная практика позволяет получить личный духовный опыт. В таких случаях существует своего рода резонанс между частью религиозно-идеологического уровня и духовным уровнем.

Степень осознанности самоидентификации может быть различной. Например, один уровень СИ лучше осознается на рациональном уровне, другой – на эмоциональном.

Чем глубже уровень, тем «менее вербальными» становятся его составляющие.

Чем выше уровень, тем сильнее он подвергается воздействию окружающих условий и тем быстрее реагирует на их изменение. Чем выше уровень, тем сильнее и непосредственнее его воздействие на поведение человека и его взаимоотношения с окружающими.

Верхние уровни в большей степени описывают самоидентификацию личности в контексте социальных взаимодействий. Глубинные уровни в большей степени имеют отношение к внутренним взаимодействиям и взаимоотношениям с окружающей энергией (не социальной).

Традиционно стабильность и универсальность СИ в обществе обеспечивалась ритуалами. При достаточно резком отказе от ритуалов или их формализации (как это произошло в современном обществе) образуется своего рода «вакуум» идентификации в данных зонах СИ.

Резкие социальные изменения в обществе приводят к массовому кризису социально-профессионального уровня СИ и «вакууму самоидентификации». Кризис СИ приводит к кризису морали и нравственных ценностей, с ним связанных. Кризис СИ приводит к резкому расслоению в обществе. Одним из способов разрешения кризиса СИ является направление энергии на другой уровень самоидентификации.

В течение жизни человек переживает несколько (обычно достаточно много) кризисов самоидентификации, причем эти кризисы могут затрагивать один или несколько уровней  СИ. Что происходит, если структура самоидентификации на одном из уровней претерпела те или иные нарушения?

 

Окончание:   Идентичность и аутентичность. Часть 2

 
Умейте любить искусство в себе, а не себя в искусстве.
К.С. Станиславский